Суд неправых - Страница 42


К оглавлению

42

– Самое главное сейчас – разговор с Локателли, – напомнил Дронго. Он снова достал телефон и набрал номер Мортона.

Тот почти сразу ответил:

– Вы угнали автомобиль, принадлежащий американскому посольству. Если не вернете его в течение двадцати четырех часов, у вас могут быть серьезные неприятности.

– Мы вернем его гораздо раньше, – заверил своего собеседника Дронго.

– И он будет чистым, я надеюсь? – уточнил Мортон.

– Абсолютно чистым. Как вы себя чувствуете?

– Неплохо. Мне извлекли пулю, наложили повязку, сделали два укола. И прописали постельный режим. Хотя я собирался завтра полететь вместе с вами в Вечный город.

– Об этом не может быть и речи, – возразил Дронго, – вам нужно сейчас немного отдохнуть. Никто не мог даже подумать, что они снова вернутся в отель, Нельсон ведь очень осторожный человек. И вдруг такой очевидный прокол. Посылать своего помощника, которого мы знаем в лицо. Верх безрассудства. Не могу понять, почему он так сделал. Хотя вы, кажется, тоже достали его.

– Попал в ногу. По-моему, даже в бедро. Во всяком случае, я видел, как он буквально упал в свой автомобиль и быстро уехал. Надеюсь, что ему тоже сделали такую болезненную перевязку.

– Еще нужно разобраться, почему он здесь появился, – сказал Дронго, – но в любом случае – спасибо. Вы спасли нас от этого убийцы.

– Вам спасибо. Ваш напарник спас меня от этого маньяка. Куда вы сейчас направляетесь? Не нужно говорить мне конкретный адрес, нас могут подслушивать. Просто скажите, что у вас все в порядке и господин Вейдеманис находится рядом с вами.

– У нас все в порядке, – эхом повторил Дронго, – и господин Вейдеманис находится около меня.

– Тогда действительно все в порядке, – вздохнул Мортон. – Значит, завтра вы твердо намерены лететь в Рим к Локателли?

– Думаю, что это последняя встреча, – предположил Дронго. – Если он действительно магистр ложи, то должен понимать всю опасность противостояния Бильдербергского клуба и его ложи. При желании клуб может купить всех членов ложи на десятки лет вперед. Хотя и члены ложи тоже далеко не бедные, судя по спискам, с которыми мне удалось познакомиться.

– Слишком много смертей, – напомнил Мортон, – слишком очевидное неуважение со стороны этой ложи.

– С обеих сторон, господин Мортон, – поправил его Дронго.

– Возможно, вы правы, – согласился тот, – все оказалось слишком непредсказуемым. Никто не мог даже предположить подобного развития событий. Успехов вам, и не забудьте оставить мой автомобиль на стоянке в Хитроу. Он может понадобиться вам сразу после возвращения.

Дронго убрал телефон в карман, взглянул на Вейдеманиса.

– Куда едем? – поинтересовался тот. – Или снова проведем эксперимент, отправившись в какой-нибудь лондонский отель. Тогда нас все равно найдут. Рано или поздно.

– Едем в Дартфорд, – решил Дронго, – отсюда совсем недалеко. Однажды я проводил там расследование. Тогда отель, в котором мы жили, назывался «Стакис». А сейчас его купила другая компания, и он называется «Хилтон Дартфорд», хотя подозреваю, что он стал хуже. Мне вообще кажется, что «Хилтоны» потеряли свою былую привлекательность. Но все равно поедем туда. Там нас никто не будет искать.

– Поехали, – согласился Вейдеманис, усаживаясь за руль. – Интересно, что наши с тобой приключения никогда не заканчиваются. Наверное, это неплохо, но только в том случае, если они заканчиваются хеппи-эндом, что не так часто случается в реальной жизни.

Они не могли знать, что сегодня убьют еще одного из тех, с кем им пришлось столкнуться во время этого расследования, и зловещий список жертв, погибших за этот небольшой период, пополнится еще одним человеком.

Интерлюдия

Стивенс выжимал из своего «Фольксвагена» все что можно, пытаясь уйти как можно дальше. Ему казалось, что в него продолжают стрелять, из-за чего он втягивал голову в плечи, стараясь не оборачиваться. Через несколько кварталов он сбавил скорость, понимая, что его уже никто не преследует, а чуть подальше остановил машину. И обнаружил, что сидит буквально в луже крови. Было даже не столько больно, сколько неприятно. Очевидно, пуля прошла по касательной, вырвав кусок мяса и кожи. Он хотел выйти из машины, но понял, что не следует этого делать. Брюки были наполовину бурого цвета, и в любой аптеке или больнице на него сразу обратят внимание. Стивенс тяжело вздохнул. Нужно было решать, как ему поступить. Он набрал знакомый номер.

– Сара, меня ранили, – сообщил он женщине.

– Что с тобой случилось? – спросила она.

– Меня ранили, – повторил Стивенс. – Я подъехал к отелю, и они меня узнали. Все трое начали в меня стрелять. Я тоже выстрелил в ответ и, кажется, убил или ранил одного из них. Но это был не эксперт, а другой мужчина. Кажется, американец, но я не уверен. Мне пришлось оттуда срочно уехать.

– Куда тебя ранили?

– В ногу, даже нет, скорее в бедро. Но пуля прошла по касательной, хотя крови очень много. Куда мне приехать? Мне нужна помощь.

Нельсон слушавший этот разговор, не выдержав, пробормотал проклятье. Сара тоже не выдержала:

– Ты с ума сошел! Если приедешь к нам, сразу все испортишь. Твой шеф догадается обо мне и перестанет тебе верить. Этого нельзя делать ни в коем случае.

– Меня ранили, – напомнил Стивенс.

– Ты сумел узнать, в какой машине они едут?

– Нет. Конечно, нет. Кажется, это был серый «Кадиллак» с дипломатическими номерами, но номера я не запомнил.

– Нужно было в первую очередь обратить внимание на номер, – недовольно произнесла Сара.

– Я истекаю кровью, идиотка! – закричал Стивенс.

42